Новосёлка

449

– Ах! – вздохнула лампочка, и погасла. Навсегда…

Темнота заполнила ванную комнату.

– Мрачновато, – прошептала мамина зубная щётка.

– Да уж… Дохохоталась, – сказала щётка папина.

НовосёлкаПлаксивый, капризный голосок запричитал:

– Мне её жалко, весёлая была лампочка. Как чудесно переливалась моя перламутровая шляпка в зеркале. А что же теперь?! Меня просто нет!! Никто не видит ни розовой воды во мне, ни узоров на моих хрустальных боках…

– Флакончик, тебе себя жалко или лампочку? – спросила отважная, но сварливая мочалка.

– Себя, конечно, и лампочку, всех нас жалко… Не хочу я в темноте тут стоять!! – вскрикнул и заплакал флакончик.

Всем было грустно, никто не хотел слушать причитаний капризули, и никто ему не ответил. Все молчали, вспоминали весёлую болтовню хохотушки-лампочки.

Темнота была похожа на ночь. Все потихоньку успокоились и заснули.

И вдруг вспыхнул яркий свет. Это папа вкрутил новую лампочку.

– Так-так, посмотрим, куда это я попала? Это… это ванная комната… – разочарованно и с обидой прошипела лампочка-новосёлка.

– Ой, ой, ура! Здравствуй, лампочка! – восторженно запищал флакончик.

– А ты кто такой, чтобы я с тобой разговаривала?

– Я флакончик с розовой водой, – промямлил флакончик. – Мы рады тебе… вам…

– А я нет, свети тут всяким…

– У нас здесь очень уютно и чисто, – прошелестело махровое полотенце.

– Да, и мы очень дружно живём, – сказал шампунь.

Лампочка фыркнула и замолчала. Обитателям ванной комнаты поведение новосёлки не понравилось, и они тоже молчали.

Прошло несколько минут, и вздорной лампочке стало скучно.

– Эй, ты, палка в углу, ты кто такая?

Обиженная таким обращением к себе телескопическая швабра не ответила.

– А, да ты и разговаривать не умеешь… Эй, коврик драный.

– Я не драный, я совсем новый, а ещё меня вчера постирали, и во мне нет ни одной пылинки.

– А мне видней, я лампочка.Новосёлка

Потеряв интерес к коврику, она увидела прищепку.

– Ты что тут у меня под самым носом висишь?

Какая наглость!

– Нет, нет, меня зовут прищепка бельевая, и таким незнакомым именем меня никто не называл. И буду висеть тут ещё долго. Когда постирается фартучек Анечки, тогда мама воспользуется моими услугами и прицепит мной фартучек или, может быть, носочек или…

– Замолчи, болтаешь без перерыва, надоела.

– Да, да, пожалуйста. Но только не забудьте, что меня зовут при…

– Щепка, щепка, – закричала лампочка, – запомнила!

Прищепка так испугалась, что у неё одновременно широко открылись глаза, и она глубоко вздохнула. Целую минуту не могла прийти в себя, а когда смогла выдохнуть, поняла, что болтается на верёвке вниз головой.

А лампочка продолжала злиться и ворчать.

– Ну и попала же я, не могли место получше найти… Эй, что там у тебя под крышкой всё время булькает?

– Ах, оставьте меня, пожалуйста, в покое. У меня дел невпроворот, ещё полоскать надо, сушить. А вы всё скандалите, скандалите… Вы, милочка, прямо бракованная какая-то…

Что-что? … Я? … Да как ты… да я…

– Да, правильно, конечно так, – сказала зубная паста. – Вот стиральная машина. Не шумит громко, не дёргается, второй час уже трудится. А вы, государыня, всё шипите, моргаете, мигаете. Не умеете работать так, как мы все здесь работаем и живём. Дружно живём.

Лампочка была возмущена. Как смеют они учить её, дающую свет… Она всегда мечтала жить в хрустальной люстре, мечтала о том, как все будут восхищаться её необыкновенным светом. И вдруг  её поселили в ванной, называют бракованной, и кто?!…Новосёлка

Лампочка не могла остановиться, кричала, обзывала, ругалась… Она хотела всем доказать, какая она замечательная, и что все вокруг  её света не достойны. Прокричав последнее, самое страшное своё ругательство, она вспыхнула ярким голубым светом, её голова оторвалась и повисла на одной проволочке, угрожающе раскачиваясь…Новосёлка

       Выкручивая с помощью плоскогубцев остатки лампочки из патрона, папа произнёс: «Бракованная».

Когда вспыхнул свет, обитатели настороженно смотрели на новую лампочку и молчали.

– Здравствуйте, разрешите познакомиться, – тихим, мягким голосом спросила она, и увидела в ответ улыбки, от которых в ванной комнате стало ещё светлее.

– Ах, какая же всё-таки у меня красивая перламутровая шляпка, – любуясь своим отражением в зеркале, лопотал себе под нос флакончик после того, как закончилась радостная встреча обитателей ванной с добропорядочной и вежливой лампочкой.

Алиса Малыгина